07 декабря Среда12:05
Астана
°C
Текущий номер
№ 47 Пятница
02.12.2016 г.
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях
Спасибо, я уже в группе

Плач «Раненого ангела»

Плач «Раненого ангела» . 
Вышла на казахстанские экраны картина Эмира Байгазина «Раненый ангел». Чуть раньше ее показали во Франции.
 Фото: zonakz.net
Вышла на казахстанские экраны картина Эмира Байгазина «Раненый ангел». Чуть раньше ее показали во Франции.
Фильм начинается с титра: «В 1990-е годы из-за экономии электричества отключали свет». Поэтому действие четверти картины происходит при свечах. И это не просто художественный прием, это реальный факт: мы все жили тогда в полусвете. По словам киноведа Гульнары Абикеевой, Эмир Байгазин как бы дает ответ на вопрос, откуда родом его ровесники — те, кому сегодня 30 лет. А они из того времени, которое мы сегодня уже подзабыли: в домах не было отопления, у родителей — работы, у детей — развлечений. Вся страна была занята выживанием.
«Раненый ангел» — вторая картина Эмира Байгазина, где он попытался на художественном уровне проанализировать мир подростка. Национальных корней в ней нет, так же как и в первой картине молодого режиссера — «Уроках гармонии», удостоенной «Серебряного медведя» на Берлинале-2013. На то, что это происходит в Казахстане, указывает лишь язык — герои разговаривают на казахском. Пейзаж вокруг неживой: ни животных, ни птиц, ни оживленного говора, столь присущего деревенскому люду. Чем-то этот фильм напоминает знаменитую ленту американского режиссера Холла Бартлетта «Генералы песчаных карьеров» о беспризорных детях Южной Америки. Там брошенные на произвол судьбы подростки, дети депрессии 1930-х, готовы сражаться за кусок хлеба, и не позавидуешь тому, кто окажется у них на пути. Они опасны и жестоки. Однако у них есть сердца, в которых есть место сопереживанию, есть желание любить и быть любимыми. Герои же Эмира Байгазина — как прибитая пыль. Оставшись один на один с пугающим миром, они становятся похожи на лишенных эмоций зомби. Подчеркнутая убогость обстановки усугубляет царящий вокруг мрак.
Фильм состоит из четырех новелл, где показаны судьбы четверых подростков. Возможно, лучших из своего окружения. Жарас в свои 12—13 лет помогает матери: после школы работает на мельнице. У Балапана — уникальный голос, он поет в хоре. Жаба копит деньги: он ходит на брошенный завод и собирает цветной металл. Аслан готовится к экзаменам в колледж, чтобы стать хирургом. Все четверо честны, целеустремленны, хотят выбиться в люди. Однако в какой-то момент их плюсы превращаются в минусы, и они становятся «падшими ангелами». Жарас ворует деньги на мельнице, чтобы помочь отцу устроиться на вахтенную работу. У Балапана ломается голос, и он, который раньше не мог и птаху обидеть, начинает избивать своих одноклассников. Жаба ради мешочка с серебром поджигает обитель трех бездомных ребят, сбежавших из приюта для умственно отсталых. Аслан вынуждает свою подружку сделать аборт. В результате один садится в тюрьму, второй сходит с ума, третий повесился, а четвертому кажется, что внутри него растет дерево. В общем, все четверо «сходят с рельсов».
«Это удивительно, как человек, которому всего лишь 30, создал такое зрелое кино, в котором на художественном уровне анализируются 1990-е годы, в которых он жил сам, — говорит киновед Гульнара Абикеева. — В фильме звучит фраза, что настоящий мужчина должен построить дом, посадить дерево и вырастить сына».
Мы несколько раз видим кадр опустевшего дома и заброшенного завода — символов разрушенной в начале девяностых страны-дома.
А что же семья? Где она? А с ней происходит вот что. Жарас стесняется вернувшегося из тюрьмы отца и хочет, чтобы тот скорее покинул их дом. У Балапана и Жабы мы видим только матерей. У Аслана есть и мать, и отец, но они бессильны ему помочь. Что касается сына, то это нерожденный ребенок Аслана. Намечавшийся в перспективе, но так и не появившийся, младенец олицетворяет собой образ будущего. А что касается дерева, то в полной безысходности Аслан пытается вырастить его внутри себя.
«Согласна: в картине показана пессимистичная картина мира, — продолжает Гульнара Абикеева. — Но обрамление в живописные картины Хуго Симберга (финский художник-символист) и библейские мотивы, обозначенные в названиях новелл: «Рок», «Падение», «Жадность» и «Грех», — поднимают фильм Эмира Байгазина на иной художественный уровень. И истории четверых подростков перерастают в метафору времени — наших 1990-х, в которых все это было: и рост преступности (рок времени), и ломка человеческих ценностей (падение), и зарабатывание первоначального капитала преступным путем (жадность), и убийство будущего во имя ложных целей (грех). Конечно, можно картину и не принимать. Но тогда мы никогда не научимся честно смотреть на действительность. И говорить правду».
…После премьеры в Алматы первые зрители картины (те, кто остался до конца) выходили притихшими. А придя в себя, изо всех сил пытались убедить друг друга, что молодой режиссер все утрировал. Да, 1990-е были испытанием для каждой семьи, но вот такого, чтобы дети превращались в садистов и убийц, в озлобленных и выгоревших изнутри людей, сходили с ума, не было.
А вот мировой зритель «портрет поколения, которое обречено не успеть на поезд своей эпохи», принял таким, какой он есть. Свидетельство тому — отзывы зарубежной прессы после премьеры на международных кинофестивалях — Берлинском и в Чонджу (Южная Корея).
«Он (режиссер и автор сценария Эмир Байгазин. — Г.Ш.) нарезает четкие кадры, такие чистые и брутальные, что, кажется, можно потрогать их рукой — как полупрозрачные кристаллы» (The Hollywood Reporter).
«Эмир Байгазин создал фильм столь же красивый, сколь и гнетущий в своей обнаженности» (Le Monde.fr).
«Режиссеру удалось точно определить дилеммы, с которыми сталкиваются подростки» (Revue Leune Cinema).
Впрочем, свет в конце тоннеля все же есть. В финале мы видим залитый светом зал, где сидят все герои картины. Лица у них просветленные, звучит Аve Maria в исполнении Балапана... Они, видимо, попали в рай.


30.06.2016 1129
Еще материалы:
Оставить комментарий
CAPTCHA