06 декабря Вторник11:45
Астана
°C
Текущий номер
№ 47 Пятница
02.12.2016 г.
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях
Спасибо, я уже в группе

Амре и «маленький Париж»

Амре и «маленький Париж». 
Специально для "Инфо-Цес" рижский журналист Владимир РЕШЕТОВ взял эксклюзивное интервью у создателей фильма-режиссера Джеффа Веспа (США), исполнителя главной роли Санжара Мадиева (Казахстан) и главного оператора Максима Осадчего (Россия).
 
 
  
 
 Фото: ic24.kz
Специально для "Инфо-Цес" рижский журналист Владимир РЕШЕТОВ взял эксклюзивное интервью у создателей фильма-режиссера Джеффа Веспа (США), исполнителя главной роли Санжара Мадиева (Казахстан) и главного оператора Максима Осадчего (Россия).

В Риге продолжаются съемки художественного фильма «Амре» — совместной продукции Казахстана, США и Латвии. Продюсер ленты — знаменитый Кэри Грэнат, настоящий голливудский человек-фабрика, автор новых подходов к производству кино, за плечами которого 55 кинолент и почти шесть миллиардов кассовых сборов. Так что новую продукцию ожидает серьезное будущее.
Специально для «Инфо-Цес» рижский журналист Владимир Решетов взял эксклюзивное интервью у создателей фильма — режиссера Джеффа Веспа (США), исполнителя главной роли Санжара Мадиева (Казахстан) и главного оператора Максима Осадчего (Россия).

И снова Рига в роли… Парижа
Первая часть вопросов — к режиссеру Джеффу Веспа, для которого этот фильм — первая большая работа в кино.
— Что вы скажете о международной команде фильма?
— Очень интересно работать с людьми из разных стран, много разных людей встретились здесь, говорящих на разных языках. И каждый делает очень хорошую работу. Я думаю, это здорово.
— Конец жизни вашего героя был трагическим и загадочным. Тем не менее будет ли ваш фильм с хеппи-эндом?
— Нет. Мы покажем в фильме таинственный финал его жизни. Потому что я чувствую, что фильм об Амре с хеппи-эндом не будет правдивым. Мир должен поверить, что у него была замечательная жизнь. Я думаю, что если бы мы продемонстрировали американской аудитории хеппи-энд, она не откликнулась бы на рассказ об этой жизни. Зрители должны увидеть, что Амре принес великую жертву, и это часть истории. Так что это драма.
— Насколько большую часть съемок фильма вы проведете в Риге и в Латвии?
— Полностью картину мы снимаем здесь и лишь некоторые эпизоды в Казахстане. Действие картины происходит в 1925 году в Париже. Для всего фильма Рига превращается в Париж.
— Вы знаете, что Ригу давно называют маленьким Парижем?
— Да, знаю. Рига — хороший город для превращения в Париж.
— Когда вы думаете закончить съемки фильма и начать дистрибуцию?
— Я надеюсь, что поеду на кинофестиваль в начале будущего года, а представить релиз смогу летом-осенью 2017 года в кинотеатрах.
— Бюджет этого фильма для вас низкий или оптимальный?
— Бюджет очень маленький (2,8 миллиона долларов. — Прим. авт.). Но у нас нет выбора: мы должны сделать очень качественное кино без огромного бюджета. Все хотят больше денег. Те, кто делает кино, никогда не скажут, что им хватает денег.
— А если бы снимали в Париже?..
— Забудьте! Неделя съемок в Париже — это весь наш бюджет! Хорошее кино надо уметь сделать на те деньги, которые есть.

Снимать кино с горящими глазами
Следующее интервью — с Санжаром Мадиевым, исполнителем главной роли, открытым, легким в общении человеком, с которым у нас оказалась одна alma mater — Казгосуниверситет в Алматы.
— Это не первая ваша роль в кино. Но, вероятно, особенная. Вы играете легенду казахского народа, человека-самородка. Какова, по-вашему, главная черта его характера в контексте этого фильма?
— Самая главная черта характера, которая идет как лейтмотив, — это музыка. Во вторую очередь — простота, открытая душа. Как у любого человека, который живет в степи, как и у любого восточного человека, как и у любого хорошего человека, душа — в первую очередь. И мы хотим через музыку и духовную красоту показать человека не из этого мира. Все, что происходит вокруг него, — стечение обстоятельств: иногда хороших, чаще — трагичных, но он принимает этот мир как-то по-своему, через свою призму.
— Вы знали что-то об Амре и его судьбе до того, как вам предложили сниматься в этом фильме?
— К сожалению, деталей о его жизни до этого ни я, ни кто-то из моих близких не знали. Знали, что есть песни, которые он исполнял, и слышали, что что-то с ним произошло. Но, к моему великому сожалению и стыду, эту информацию мало кто знает и сейчас. И мы, наверное, как первопроходцы, будем показывать, что в действительности произошло.
— А вы будете петь в этой ленте? Слышали ли вы записи Амре, которые сохранились?
— Конечно, слышал, они у меня есть. Сохранилось семь записей, которые были записаны на фонографе. Мы знакомы с биографом, с потомками людей, друживших с ним. Прослушав песни, мы записали голос, близко похожий на голос Амре. Я тоже исполню одну песню, но не из репертуара Амре. Это будет колыбельная, которую я буду петь в поезде.
— Ваши партнеры по площадке — тоже довольно молодые актеры. Как вам работается? И еще вопрос: с Эбби Корниш у вас по сюжету возникает роман, ваша жена не будет ревновать вас?
— С каждым из актеров сложились очень теплые отношения. В первую очередь с теми, с кем я встречаюсь каждый день: Миха Родман, Бен Олдридж, Кристиан Хиллборг, Эбби Корниш — со всеми. Мы здесь одна большая семья.
По поводу романов в картине. Кино — это работа. Мы с женой об этом поговорили. И это не первая моя роль, где у меня есть роман в картине. В следующей моей картине, которую снимают в России, тоже есть любовные сцены… Это часть процесса, и я не могу отказываться от него, я не могу говорить, что вместо меня кто-то другой должен сниматься. Это будет глупо и непрофессионально.
— Вы один из самых известных актеров своего поколения не только в Казахстане, но и за рубежом. Вам, наверное, помогла школа в Лос-Анджелесе. Вас не считают на родине неким секс-символом?
— Именно в американской школе я понял процесс кино, как оно есть. В Америке я узнал о духовной части профессии. Так как Голливуд — Мекка кинематографа, там каждый человек напитан кино.
А насчет секс-символа… Я знаю, что меня не считают таковым. Сейчас эра социальных сетей. И все измеряется количеством людей, которые интересуются тобой. К сожалению, я занимаю одну из последних ступеней на сетевом пьедестале. Значит, я пока не в тренде. В отличие тех людей, которые снялись в нескольких картинах, а у них миллион фолловеров. Ну и ладно. Я не ради этого работаю.
— Принято считать, что каждая новая роль — это своего рода вызов. Какой вызов для вас роль Амре?
— Вызов огромнейший. Вызов, брошенный перчаткой Амре, которая попала мне в лицо, и я понял, что должен поднять ее и ответить. Вызов в первую очередь исторический. Я не могу соврать ни зрителю, ни самой памяти об Амре Кашаубаеве. Я должен показать персонаж таким, чтобы он был понятен и нашему зрителю, и международному. Конечно, я чувствую сильное давление со стороны общественности. Ведь каждый из нас — сам себе историк, каждый из нас — сам себе президент, каждый знает, как управлять государством, каждый знает, как снимать кино. Понятно, что в итоге, когда лента выйдет на экраны, найдутся эксперты, которые увидят недочеты и будут обсуждать нашу работу негативно. Тем не менее я понимаю, что, кто не рискует, тот не пьет шампанского и надо взять на себя ответственность, какой бы она ни была. Эта роль далась мне очень нелегко. В течение двух лет я участвовал в кастингах именно на эту роль. И каждый раз она ускользала от меня. Но я прошел эти «семь кругов ада», и сейчас я в Риге и играю эту роль, и должен сделать ее во что бы то ни стало.
— Вы себя чувствуете здесь как в Париже?
— Я себя чувствую здесь как дома. Настолько в безопасности я себя не чувствовал так нигде. Я так привык к Риге, и она настолько мне нравится! И Старый город, нетронутый, и новые здания, которые словно переплетены между собой. Спокойные улицы, спокойный народ, спокойное все. Время течет здесь очень медленно: прошло всего пять минут, а ощущение, что минул час. И это мне очень нравится. А по поводу Парижа… Когда вокруг тебя переодетые актеры массовых сцен и ты видишь эти здания, отсутствие рекламы современной, ты просто погружаешься на сто процентов в то время. Это тоже сильно помогает.
— Я имел честь десять лет работать с Эриком Курмангалиевым, организуя его концерты в Латвии. Судьба Эрика Курмангалиева и судьба Амре перекликаются. Два талантливых человека. Два самородка. Два международно известных казаха, у которых судьба сложилась трагически по разным причинам. Как вы думаете, это какой-то рок для самородков, которые вопреки логике погибают?
— Я долго думал об этом, сопоставляя факты истории. Я понял, что очень много было людей, которые действительно были самородками, которые были настолько талантливыми, что нельзя сопоставить их с кем-то другим. И судьба каждого из них сложилась настолько трагически, что мне кажется, все дело — в нашем менталитете, что мы не можем позволить кому-то другому стать известным. Стать популярным на весь мир. Стать богатым. Деньги и популярность вместе ходят. Конечно, это было время Советского Союза, когда государство пыталось всех уравнивать. Сейчас тоже есть зависть людская. В других странах видишь: когда человек хоть немного талантлив, его пытаются даже искусственно сделать популярным, и на этом делают деньги. У нас же наоборот: если ты талантлив, тебя пытаются вернуть на землю. Мне кажется, проблема — в нашем менталитете. Как только мы начнем его менять и научимся гордиться и поднимать своих артистов, тогда начнут появляться новые самородки. Пока этого не случится, люди будут уезжать из страны.

Голливудский шанс
Уже на съемочной площадке мне удалось пообщаться с главным оператором Максимом Осадчим. Он известен такими картинами, как «9 рота», «Сталинград», «Защитники», «Обитаемый остров», рядом других. В Латвийском национальном театре Максим снимал сцену «В парижском ресторане». Я словно оказался в атмосфере 20-х годов прошлого века, настолько точно воссозданы интерьеры, сшиты костюмы дам и кавалеров, официантов в белых перчатках, выставлен свет!.. В короткий промежуток съемок он любезно согласился ответить на мои вопросы.
— Чем является для вас этот фильм в сравнении с предыдущими вашими работами?
— Во-первых, отличается тем, что здесь вся команда международная, из разных стран. Здесь и латвийский продакшн, и казахстанский продакшн. Есть профессионалы из России, Америки. Микс такой. Фильм — это заказ Казахстана. Ну и история сама интересная, драма человеческая.
— Вы, как художник кадра, композиции, как считаете, этот фильм отличается от того, что вы делали раньше.
— Вы знаете, у меня был фильм на тему этой эпохи, но совершенно в другом ключе. Изобразительно, конечно, будет отличаться от того, что делал до этого. Так сложилось по фильмографии, что у меня фильмы очень разные. Я сам это вижу, и мне об этом говорят люди со стороны. Каждый раз получается что-то совершенно другое. Я считаю, что в этом есть плюс. Потому что каждый раз это новая история. Когда изображение работает на драматургию и попадает в нее, мне кажется, что это большая удача. Почерк, который с годами вырабатывается, он остается, но в нюансах какие-то вещи сделаны совсем по-другому, чем обычно то, что я делаю.
— А Рига, ее архитектура, Рундальский замок, где вы снимали, вам близки, вы понимаете, что переноситесь в другую эпоху и другую страну?
— Конечно. Здесь мы изображаем Париж начала ХХ века. И старались фрагментарно выбрать места локации. Вкрапления вычленить, чтобы было похоже на Европу, Францию. Рига сама по себе колоритная, самобытная…
— …киношный город.
— Да. Здесь много всего снято. Когда мне позвонил режиссер и сообщил, что выбраны все места съемок, прислал фотографии, я убедился, что действительно это так.
— Для вас это первая встреча с Ригой?
— Такая — да. Я был в Риге какой-то кратковременный момент, совершенно не по работе, и это было очень давно. Все с того времени поменялось. Остались, конечно, здания, старинные культурные ценности в сохранности.
— Вам легко работается здесь?
— Да, здесь хорошая команда сложилась, и техническая, и операторская группа замечательная — все профессионалы, точно работают. И, конечно же, замечательные актеры из разных стран с потрясающим уровнем. И режиссер замечательный, мне кажется. Это первая его работа большая. Он очень много занимается кадром, изображением, «мыслит кадром», он занимается всем детально: реквизитом, художественной частью. Он уверенно идет вперед и очень хорошо знает, чего хочет. Иногда сам стоит за камерой — я это только приветствую. Он фотограф в прошлом. И это очень важно.
— Какую часть съемок фильма занимают съемки в Латвии?
— 99 процентов. В Казахстане мы будем снимать такой флешбэк, по-моему, только один день — для съемок в юрте и какие-то натурные кадры.
— Для вас участие в голливудской продукции — некий шанс?
— У меня была идея (я одно время даже пробыл в Америке) поработать там. Но меня поглотила работа в России. Картина будет в прокате, ею занимается известный продюсер Кэри Грэнат. Он приезжал сюда, и, по-моему, был впечатлен. И сказал, что он хочет сделать за небольшой бюджет фильм с большим продакшн-вэлли. Нам приходится довольно быстро работать и при этой скорости выдавать качество. Мне кажется, нам это удается. И уже много удалось: и само изображение, и наполнение выглядит на довольно хорошем уровне. И поэтому буду рад, если будут какие-то предложения.
— Удачного прорыва в Голливуд!
— Спасибо!


05.09.2016 675
Еще материалы:
Оставить комментарий
CAPTCHA